Почему нельзя пощекотать самого себя?

Попробуйте прямо сейчас, если никто не смотрит. Легко проведите кончиком пальца по ступне или пошевелите пальцами у себя под рёбрами. Почти наверняка ничего не произойдёт. Прикосновение вы чувствуете прекрасно, но беспомощный смех, от которого хочется извиваться и который начинается, стоит кому-то другому сделать ровно то же самое, так и не приходит. Тот же палец, та же кожа, то же место. Изменилось только одно: чья это рука.

Люди ломают над этим голову очень давно. Аристотель задавался этим вопросом больше двух тысяч лет назад и предполагал, что щекотка смешит нас потому, что застаёт врасплох. Сегодня учёные делят это ощущение на два вида. Книсмезис — лёгкое ползущее чувство, будто по коже гуляет пёрышко или насекомое, своего рода движущийся зуд. Гаргалезис — более сильное и глубокое тормошение, от которого люди смеются, и именно его, похоже, невозможно устроить себе самому.

Неожиданность и оказывается сутью дела. Щекотке, судя по всему, нужна капелька неопределённости: куда придётся следующий тычок и когда. Когда тычете вы сами, неопределённости нет вовсе. Мозг знает план ещё до того, как палец шевельнулся. И тут возникает почти философский вопрос. Можно ли по-настоящему удивить самого себя, или какая-то часть нас всегда на шаг впереди и тихонько читает сценарий?

Подсказка нашлась в неожиданном месте. В исследовании 2000 года Блейкмор и её коллеги обнаружили, что пациенты психиатрических клиник, которые слышат голоса или чувствуют, что их действиями управляют извне, оценивали собственное прикосновение как такое же щекотное, как чужое. Эта разница была связана именно с такими переживаниями, а не с диагнозом шизофрении как таковым, и исследователи объяснили её сбоем в том, как мозг отслеживает собственные действия. Иными словами, когда мозг не вполне уверен, что движение принадлежит ему, щекотка возвращается.

Самый ясный ответ дали Сара-Джейн Блейкмор и её коллеги из Института когнитивной нейронауки Университетского колледжа Лондона. Они построили машину, с помощью которой добровольцы могли щекотать себя как бы на расстоянии. Нажатие кнопки заставляло мягкий кусочек поролона провести по ладони, а исследователи могли добавить задержку до двух секунд между нажатием и прикосновением. Чем дольше была задержка, тем щекотнее становилось. Сканирование мозга рассказало ту же историю. Две области — соматосенсорная кора, которая отвечает за осязание, и передняя поясная кора, обрабатывающая приятную информацию, — были менее активны, когда люди щекотали себя сами, чем когда прикосновение исходило от кого-то другого.

Причина кроется в мозжечке, в задней части мозга. Каждый раз, когда вы планируете движение, двигательная система отправляет ему копию команд, так называемую эфферентную копию, чтобы он мог точно предсказать, каким это движение будет на ощупь. Затем это предсказание используется, чтобы приглушить реакцию на ощущение, когда оно наступит. Пальцы постороннего человека непредсказуемы, так что гасить нечего. Как однажды заметила Блейкмор, пощекотать себя, возможно, всё-таки получится, если вы готовы вложиться в пару роботов.